Жанр "Биографии, мемуары" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 74

Настоящее издание содержит документы, свидетельства, исходящие от участников событий непосредственно относящиеся к истории дуэли и смерти А. С. Пушкина. Материалам и документам предпослана попытка прагматического изложения истории столкновения и поединка Пушкина с Дантесом.

Министр иностранных дел Франции Шарль Морис де Талейран-Перигор, князь Беневентский, (1754—1838) — знаковая фигура в истории международной дипломатии. Его имя стало нарицательным: Талейраном в мире большой политики называют человека беспринципного, лицемерного, мастера плести хитроумные сети интриг. Калека от рождения; заядлый картежный игрок и не менее заядлый коррупционер; один из самых умных министров иностранных дел, которых знает история; талантливый интриган и безупречно аморальный политический деятель; человек, обладавший не только изворотливым умом, но и редкостным политическим чутьем. Вот кем был автор и главное действующее лицо этой книги.
Талейран был безупречным мастером переговоров. Он умел выбирать тему беседы. Он умел выражать свою точку зрения афористично. Он вообще умел основную часть переговоров многозначительно молчать — редкое качество для нынешних дипломатов. «Настоящий дипломат трижды подумает даже перед тем, как промолчать»,— это его принцип переговоров. Сам Талейран имел репутацию лентяя. Это неправда. Правда то, что министр никогда ничего не делал за своих подчиненных — таким был его непреложный принцип работы. Хотя верно и то, что подчиненных он умел подбирать таких, чтобы за них не надо было работать. Талейран полагал, что не спешить, уметь выжидать, не очень вмешиваться — единственно полезная тактика.
На протяжении без малого полувека он творил историю. Императоры, короли, парламенты, военачальники не могли добиться того, чего добивался Талейран:
подчас всего лишь вовремя сказанным словом, нужным акцентом, тонким расчетом.
Мир большой политики, кухня истории, воспоминания этого незаурядного правителя на фоне двух сотен уникальных исторических иллюстраций — такова эта книга.

Милош Форман (родился в 1932 году) — режиссер со всемирной славой, автор таких шедевров мирового кино, как «Пролетая над гнездом кукушки», «Рэгтайм», «Амадей». В 1967 году за свое творчество «был запрещен на все времена» партийными боссами Чехословакии и впоследствии эмигрировал в США. «Я не могу наслаждаться жизнью в полной мере, зная, что все дороги в страну моего детства перекрыты, что у меня нет возможности прикоснуться к моим истокам, к тому, что сделало меня таким», — пишет Форман. Но испытание, выпавшее на его долю, — испытание разлукой — не убило в нем Творца: режиссера и писателя. Имя Милоша Формана занимает почетное место в истории кинематографа. Его фильмы завоевывали самые престижные международные премии. Звезды европейского и американского кино почитали за честь сниматься у него. Баловень судьбы? И книга его — история успеха? Но почему такое странное название — «Круговорот»? Искусство и идеология, политика и творчество — в этот круговорот была втянута судьба молодого чешского кинематографиста. Оказывается, в жизни блестящего мастера было немало страшных, горестных страниц…

В новой рубрике «Судьба и время: имя собственное» писатель и историк литературы Алексей Варламов рассказывает о жизни и творчестве одного из самых талантливых и противоречивых русских писателей ХХ века – Алексея Николаевича Толстого. Судьба уготовила ему от самого рождения жизнь необычайно яркую и драматическую, в которой были взлеты и падения, романы и интриги, скандалы и разоблачения. Поэт-символист, ученик Гумилева и Волошина, приятель Бунина, антисоветчик и эмигрант — в одной жизни, а в другой — «красный граф», депутат, академик и главный писатель Советской России. Литературный труженик и великий жизнелюб, он брался за любую работу, умел выживать в любых обстоятельствах и трудился ежедневно, всегда и везде – на эмигрантском ли корабле, отплывающем в Турцию, или в своем роскошном по советским меркам доме в Царском Селе. Алексей Варламов, автор замечательных жизнеописаний Булгакова, Пришвина, Грина, представляет историю писателя Алексея Толстого как увлекательный роман, в котором каждый следующий поворот «сюжета» непредсказуем…

Виктор Цой был обыкновенным ленинградским мальчишкой, но на пике 1980-х именно он стал совестью и голосом своего поколения. А в августе уже далекого 1990 года он в одно мгновение превратился в легенду. Виталий Калгин рассказывает о Викторе Цое — художнике и музыканте, лидере ленинградской рок-группы «КИНО». Более двадцати лет назад Цой погиб в автокатастрофе, но по-прежнему остается звездой по имени Солнце. Смерть Цоя воистину стала его вторым рождением. В книге показан мир ленинградской рок-тусовки 1980-х годов, использованы некоторые ранее не опубликованные свидетельства и материалы из личных архивов, уникальные фотографии, позволяющие создать правдивую картину жизни, творчества и трагической смерти кумира советской молодежи.

Какими мальчиками и девочками были самые великие люди планеты? Далеко не все из них слыли вундеркиндами. Некоторых считали настолько никудышными учениками, что выгоняли из школы!.. Но одно было схожим в разных судьбах будущих гениев — их по-детски неутолимое любопытство и по-взрослому неутомимый труд. Нынешним любопытным школьникам адресовано это издание. Тем, кому уже интересно знать все обо всех, но пока еще неинтересно копаться в научных справочниках и читать скучные энциклопедические статьи. Занимательные рассказы о детстве выдающихся личностей многим придутся по душе.

Замечательный актер Рогволд Суховерко более сорока лет проработал в Московском театре «Современник». За это время им были сыграны многочисленные большие и небольшие роли, разные и по характеру, и по амплуа. А теперь Рогволд Суховерко написал замечательную книгу, где с изумительным юмором и добротой описал целый ряд больших и небольших эпизодов из жизни одного из самых интересных театров Москвы…

Как человек, относящийся к поколению «восьмидесятников», Юрий Костин оказался свидетелем и участником стремительных преобразований, происходящих в России в последние двадцать лет. Воспоминания о «прошлой жизни», зарисовки событий настоящего — не только желание автора вспомнить о пережитом, но и необходимость разобраться в системе восприятия и оценок людей поколения, пережившего смену формаций и сильно запутавшегося в себе.