Жанр "Роман, проза" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 1071

По сути дела, «Лето, прощай» служит продолжением романа «Вино из одуванчиков», увидевшего свет полвека назад. Я тогда принес рукопись в издательство и услышал: «Ну нет, такой объем не пойдет! Давайте-ка выпустим первые девяносто тысяч слов отдельным изданием, а что останется, отложим до лучших времен — пусть созреет для публикации». Весьма сырой вариант полного текста первоначально назывался у меня «Памятные синие холмы». Исходным заглавием той части, которая впоследствии превратилась в «Вино из одуванчиков», было «Летнее утро, летний вечер». Зато для этой, отвергнутой издателями книги, название возникло сразу: «Лето, прощай».

Замысел романа «Лето, прощай» возник у меня лет пятьдесят пять тому назад, когда я был еще совсем зелен и не обладал должной начитанностью, чтобы создать хоть сколько-нибудь значимое произведение. Материал копился годами, но потом в одночасье захватил меня с головой и потом уже не переставал удивлять; тогда-то я и сел за машинку, чтобы писать рассказы и повести, которые впоследствии составили единое целое. Итак, все эти годы вторая часть «Вина из одуванчиков» дозревала до такого состояния, когда, с моей точки зрения, ее не стыдно явить миру. Я терпеливо ждал, чтобы эти главы романа обросли новыми мыслями и образами, придающими живость всему тексту.

В некотором смысле «Лето, прощай» – это роман о том, как много можно узнать от стариков, если набраться смелости задать им кое-какие вопросы, а затем, не перебивая, выслушать, что они скажут. Вопросы, которые ставит Дуг, и ответы, которые дает мистер Квотермейн, служат организующим стержнем в отдельных главах и в развязке романа. К чему я веду речь: ход событий определяется не мною. Вместо того чтобы управлять своими персонажами, я предоставляю им жить собственной жизнью и без помех выражать свое мнение. А сам только слушаю и записываю.

Р. Брэдбери

Во Франции тема любви занимает особое место — о ней пишут почти все: мужчины и женщины, молодые и зрелые авторы, реалисты и модернисты. И это не случайно. В технократическом, всё более американизированном обществе ощущается острая нехватка чувств. Люди ищут оазис в социальной пустыне, стремятся сохранить человеческое начало в мире, который становится всё более бездушным.

Поэтому любовь во французской литературе — не просто вечная тема, а своего рода показатель человечности общества, его «коэффициент гуманистичности». Её художественное воплощение приобретает глубокий социальный смысл.

Рассказ отображает реальность происходящего, сформированного бесконечной вереницей обстоятельств, что в простонародье называется «Судьба». Да, но чья судьба, если человек является одним из звеньев тех же обстоятельств. Он — та же самая неразрывная цепь причин и следствий, следовательно, человек — это все та же судьба. Весь мир, в который человек включен, является одной и той же индивидуальной позицией восприятия.

Не содержит экстремизма или какого-либо криминала. Не содержит рекламы. Лишь показывает, что Существование гораздо больше человека, что самого человека нет.

Данное повествование не является интеллектуальной спекуляцией и не рекомендовано людям темным, желающим оставаться в «своей» темноте. Это небезопасно для их потемневшего здоровья!

После размолвки со своей девушкой герой рассказа приезжает в полупустую гостиницу на морском побережье. Там он встречает загадочную девушку, похоронившую в своей душе детскую тайну. Но все тайное становится явным.

Вот ведь как бывает — человек гонится за мнимыми идеалами, создаёт кумиров, готов положить на алтарь ложных богов собственную жизнь, не говоря уже о чужих… ром

Хорошо это… чувствовать себя человеком, а не «бараном», — продолжал доморощенный философ. —Когда я иду по улице, «пастухи», «алабаи», а также самые борзые «бараны» смотрят на меня, как на неправильного «барана», отбившегося от стада… и сторонятся и оглядываются… «Алабаи» лают на меня: «Алькаш!», а «бараны» блеют мне вслед: «Шарлатан! Иди работай!». То есть, травку вме-е-е-есте с ним жевать. Это и есть у них, у «баранов» работа. Зачем мне такая работа? Я же не «баран»! Работать!.. Для чего? Чтобы быть сытым? — мужчина засмеялся. —Я всегда презирал «баранов», которые слишком заботятся о том, чтобы быть сытыми… Не в этом дело, молодые люди! Не в этом дело! «Человек – выше! Человек – выше сытости!» — как сказал Сатин-ака. Ну, а если вы посмотрите на «баранов», то это — всего лишь паства, не более. И не важно, во что они веруют… Они не самодостаточны и трепещут всю жизнь, думая о загробной жизни, также выдуманной гением человека.

Погрузитесь в атмосферу лёгкости и нежности с чудесной аудио новеллой. Это мягкое и вдохновляющее повествование подарит слушателю творческий настрой и уютные моменты отдыха. Идеальное летнее чтение для дороги, вечернего расслабления или короткого перерыва — чтобы отвлечься от забот и наполниться позитивом.

Взросление, брак, семья.
Поиск вдохновения и своего места в мире.
Хрупкая граница между жизнью и смертью, реальностью и воображением…

Именно эти темы были особенно близки Сильвии Плат — и они звучат в её малой прозе, рассказах, написанных в разные годы. Одни из них вышли ещё при жизни писательницы, другие увидели свет уже после её смерти. Плат была строгим критиком самой себя и нередко оставляла в столе сильные и по-настоящему талантливые тексты.

В сборник также вошли её дневниковые записи — откровенные, глубокие, позволяющие читателю заглянуть в самое сердце Сильвии Плат и понять, чем она жила, о чём мечтала и от чего страдала.