Жанр "Роман, проза" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 404

Впервые события Кровавого Октября 1993 года в Москве излагаются не с позиций двух группировок, боровшихся за власть и запустивших в эфир и печать массу фальсификаций, а объективно. Автор, известный русский писатель, историк, публицист — непосредственный участник трагических событий — уже в момент написания книги по горячим следам доносит до нас пророческие мысли о будущем России, многие из которых звучат актуально и в наши дни.

Александр Куприн. «Слон» Маленькая девочка тяжело болеет, по словам доктора болезнь — это «равнодушие к жизни». Единственное средство вылечить ее — развеселить. Евгений Замятин. «Знамение» … Тягота налегла, растревожил Арсюша: — К чему плакал старец? К чему знамение? Всеволод Гаршин. «Четыре дня» Рассказ раненного офицера, который провел несколько дней без помощи под полящим солцем на поле сражения русско-турецкой войны 1877-1878 гг Скандинавский эпос. «Старшая Эдда» Песни о богах и героях, до сих пор популярные в Исландии, условно объединенные названием «Старшая Эдда», датированные XIII веком… Камо-но Тёмэй. «Записки из кельи» Ходзёки или «Записки из кельи» – один из литературно-философских памятников Японии. Датируется 1212 г. «Записки» предстают перед читателем в виде философского размышления на тему: что есть жизнь?

Настоящая любовь способна творить чудеса — она излечивает раненое сердце, утоляет печали, не боится разлук и невзгод. И мы с трепетом ждем, когда же Она придет, чтобы увести нас в мир надежды и света, страсти и нежности. Узнать Ее, удержать, довериться Ей — значит воплотить мечту.

По этой повести Юрия Германа другой Герман — его сын, кинорежиссёр Алексей Герман, снял фильм «Проверка на дорогах». Фильм долго лежал на полке, т.к. Герман-сын слишком контекстуально экранизовал книгу отца. Партизаны в те далёкие годы (середина 60-х) должны были быть в кино и на бумаге совершенными ангелами, а Германы добавили им немного жизненной правды. Конечно, по сравнению с последними произведениями В. Быкова повесть Ю. Германа насквозь советская. Однако и последние произведения В. Быкова по сравнению с повестью Ю. Германа — напрочь антисоветские.

Роман о становлении характера молодого человека, связавшего свою жизнь с морем, о трудных испытаниях, выпавших на его долю в годы Великой Отечественной войны, о налаживании мирной жизни.

«Петельников смотрел на скоропишущего следователя; на эксперта-криминалиста, приседавшего, прилегавшего на живот и ходившего на четвереньках; на Леденцова, зыркавшего по квартире наметанным взглядом; на всегда безмолвных понятых… Смотрел на десятки раз виденное — не сотни ли? — и принимал все лишь глазами, ибо его сознание обратилось в память, перебирая эти самые десятки прошлых краж и выискивая что-нибудь свежее. Но сегодняшняя кража казалась настолько безликой, что не шла ни в какой ряд, — или же, наоборот, могла быть пристегнутой к любому.»

Капитан Петельников и лейтенант Леденцов пытаются разобраться в серии странных краж и поймать «странного» вора…

В аудиокниге Петра Краснова «Понять-простить» рассказывает о судьбе русского офицера Федора Михайловича Кускова, любящего родину, ненавидящего большевиков и все же вынужденного им служить. По-разному, но всегда драматично, складывается жизнь и членов его семейства, которых российская катастрофа разбросала по всему миру.

Петр Краснов дает свою оценку происходящим в России событиям, объясняющую поступки героя. В аудиокнигу также включены отзывы эмигрантской печати о творчестве писателя.

Книга основана на реальных фактах и подлинных письмах и дневниках. Героиня книги, Нина Сюннангорд, жена издателя из маленького шведского городка и мать троих маленьких сыновей, появилась на свет в городе Ленинграде – за несколько месяцев до Великой войны, а, стало быть, и до Великой блокады. И звали ее тогда Нина Тихвина. Уехав из России, она, казалось бы, обретает другую жизнь. В нынешней благополучной и тихой жизни ее не оставляют воспоминания о детстве в послевоенной перенаселенной питерской коммуналке. Молодость смешлива, самонадеянна и беспечна! До чего же весело было ей ходить в студенческие походы и не замечать, что по пути туристических маршрутов, в двух шагах от них, гниют в белорусских болотах кости ее расстрелянных бабушки и дедушки, двоюродных сестричек и братиков… Потом в ее жизни была пустыня Негев в Израиле – в России, сравнивает Нина, в лучшем случае потянула бы на засушливую степь. Где-то там — ее взрослый сын, свидетель ее прежней жизни. Действие романа переносится из Европы — в Израиль — и в Санкт-Петербург. Дух гениев, живших и творивших в Петербурге, властвует здесь поныне, но. как ни старался Достоевский живописать неизбежность унижения и оскорбления, люди не желают в это верить. Человеку нужна надежда… Но где же эти ПИЛЮЛИ СЧАСТЬЯ, которые позволят забыть о том, что мерещится во мраке зимнего дня, в мороке сумеречного сознания?