Эриа Филипп - Ярмарка любовников
185 
«Ярмарка любовников» — один из лучших романов о любви, созданный мастером французской прозы XX века, членом Французской академии Филиппом Эриа.
Жанр "Роман, проза" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 781
Добро пожаловать на страницу "Роман, проза" аудиокниг на Audiobukva.ru! Здесь вы откроете для себя богатое разнообразие литературных направлений, представленных в нашей аудиокнижной коллекции. Независимо от того, являетесь ли вы поклонником захватывающих детективов, трогательных романтических историй или увлекательных фантастических приключений, у нас есть книги для каждого вкуса. Наши аудиокниги воплощают в себе лучшие произведения в жанре "Роман, проза", зачаровывая слушателей умелым исполнением и вниманием к деталям. Слушайте захватывающие сюжеты в жанре детектива, переживайте непередаваемые эмоции в романтических произведениях или отправьтесь в удивительные миры фантастики - все это возможно на нашем сайте. Мы гордимся предоставлением качественных аудиокниг в самых разных жанрах, чтобы удовлетворить литературные вкусы каждого слушателя. Наши произведения помогут вам расслабиться, отвлечься от повседневных забот и погрузиться в мир воображения и удивительных приключений. Исследуйте наши жанры аудиокниг прямо сейчас и найдите истории, которые захватят вас с первых минут. Audiobukva.ru - ваш верный проводник в увлекательный мир литературы. Начните свое литературное путешествие прямо сейчас!
Мессадье Жеральд - Суд волков
Автор захватывающих бестселлеров Жеральд Мессадье знаменит во всем мире не только как писатель, но и как ученый, не позволяющий себе и в романах грешить против исторических фактов. Удивительная эпопея нормандской крестьянки Жанны, которой Мессадье посвятил целую трилогию под общим заглавием «Жанна де л'Эстуаль», разворачивается во Франции середины и конца XV века: от последних битв Столетней войны до первых экспедиций в только что открытую Америку. «Суд волков» – второй после «Розы и лилии» том трилогии. Бежав из разоренной войной Нормандии в Париж и пройдя через многие испытания, Жанна становится баронессой при дворе Карла VII, некогда коронованного ее великой тезкой Жанной д'Арк. Следующий виток ее пути приходится на правление сына Карла, Людовика XI, чей трон шатается под ударами мятежных герцогов. По истерзанной Франции рыщут голодные волки, в том числе и в человечьем обличье, – с ними Жанна ведет войну не на жизнь, а на смерть. Новые перипетии любви и политики ждут обвиненную в колдовстве баронессу де л'Эстуаль, чья судьба волею автора всякий раз оказываться там, где решается история Нового времени.
Сароян Уильям - Мама, я люблю тебя
Эта семья немногим отличается от любой другой. Разве что каждый понимает друг друга почти с полуслова, хоть родители и не могут ужиться в одной стране. Девятилетняя девочка, которая своему имени предпочитает семейное прозвище Сверкунчик, действительно любит свою Маму Девочку. И Папу Мальчика, и даже брата Пита Боливия Сельское Хозяйство. Но их семья уже целый год живет на разных континентах: мама покоряет театральные подмостки Нью-Йорка, а папа залы парижских консерваторий. Родители называют это «развод» и никак не могут объяснить ребенку, что же значит это слово. Сверкунчику придется самой разбираться в непонятном языке и странном мире взрослых.
Климонтович Николай - Мы, значит, армяне, а вы на гобое
Началось все с лопаты, обычной штыковой лопаты. Гобоист приобрел ее в скобяной лавке в период энтузиазма и натиска, буйного обустройства своего нового прибежища и освоения прилегающей территории – трех с половиной соток обильно нашпигованной битым кирпичом, посыпанной строителями песком и цементом бесплодной землицы. Три сотки перед задним крыльцом, половина – у фасада, под палисадник…
Бандини Тина - Принцы сбываются. Инструкция по применению
Эта удивительная повесть для вас, мечтающих встретить своего Принца! Она поможет вам обрести любовь и поддержит в трудные минуты жизни тех, кто ищет себя. Принцы сбываются, и многое зависит именно от вас, вашей искренности и мудрости. Правдивая, до мелочей, история героини, ее горький и счастливый опыт, точные советы обращены к самому сердцу вашему, и каждая из вас может превратить свою жизнь в праздник!
Мещеряков Александр - Записки прошлого человека
Одну из своих жизней автор прожил в стране под названием СССР. Две оставшиеся проживает в России и в Японии.… Где бы ни очутился, приходится из любопытства себя спрашивать: а что ты здесь делаешь? И в самом деле — что это меня занесло на самый восток от Гринвича — в Японию, в провонявший насквозь тошнотворными тысячелетними буддийскими благовониями город Киото, на самую северо-западную его окраину — гору Кацура, в комфортабельную и слегка больничную (возраст!) профессорскую (опять возраст!) общагу, для которой, быть может, действительно больше подходит официальное и потому долгопроизносимое «гостевой дом для иностранцев»? Странно было бы думать, что вот так, за здорово живешь, я получил весьма приличный грант от организации по названию Japan Foundation для написания очередной монографии. Это было бы чересчур просто. Монографиями, конечно, сыт будешь, но что жив — это уже не так очевидно…
Эмис Кингсли - Лесовик
Главный герой — хозяин трактира, не дурак выпить и не чуждый прочих жизненных радостей, которому начинают мерещиться призраки. Впрочем, мерещиться ли? И так ли уж мертв злобный доктор Андерхилл, по легенде вызывавший Лесовика в XVII веке, дабы творить несусветные бесчинства?
Паустовский Константин - Исаак Левитан
Повесть К.Г. Паустовского об Исааке Ильиче Левитане (1860 — 1900) — русском художнике, мастере «пейзажа настроения».
«В Париже Левитан увидел картины Мане, но не запомнил их. Только перед смертью он оценил живопись импрессионистов, понял, что он отчасти был их русским предшественником, — и впервые с признанием упомянул их имена. Последние годы жизни Левитан проводил много времени около Вышнего Волочка на берегах озера Удомли. Там, в семье помещиков Панафидиных, он опять попал в путаницу человеческих отношений, стрелялся, но его спасли…
Чем ближе к старости, тем чаще мысль Левитана останавливалась на осени. Правда, Левитан написал несколько превосходных весенних вещей, но это почти всегда была весна, похожая на осень. В „Большой воде“ затопленная разливом роща обнажена, как поздней осенью, и даже не покрылась зеленоватым дымом первой листвы. В „Ранней весне“ черная глубокая река мертво стоит среди оврагов, еще покрытых рыхлым снегом, и только в картине „Март“ передана настоящая весенняя яркость неба над тающими сугробами, желтый солнечный свет и стеклянный блеск талой воды, каплющей с крыльца дощатого дома...»