Жанр "Ужасы, мистика" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 378

У неказистого героя была страсть к путешествиям, которую он выражал несколько странновато. Садился в поезд или автобус и выходил на каком-то полустанке. Вот и в канун Рождества он решил поступить также. И зря. Любовь к путешествиям на этот раз сыграла с ним злую шутку.

Звонят церковные колокола и человек начинает визжать, хотя в иное время он спокоен, рассудителен и общителен. Рассказ для размышлений об окружающих нас людях. Так ли обманчиво первое приятное впечатление?

Встал утром. Голова болит. Офис ждет своих рабов. Пришел на остановку. Дождался маршрутное такси. Сел. Поехал. И приехал в Ад.

Вы нашли странную визитку и решили позвонить по номеру в ней указанному. Как думаете, чем это закончится? з.ы. Наши могут писать также как и не наши, а зачастую даже и лучше. Вон посмотрите как Ирвин Уэлш в потных простынях перевернулся.

Я был Смертью, собирающей жизни. Я знал, что мое предназначение велико. Тогда я еще убивал одного зараз, одного зараз, одного зараз. Если бы череда моих убийств была музыкой — а они и были музыкой для меня — вы могли бы совершенно справедливо назвать их самой простой народной песней. Но в моих намерениях было создать симфонию смерти, нетленную оперу террора.

«Ночной дозор» Рембрандта Харменса ван Рейна считается одной из самых загадочных картин в мировой живописи. Исследователи насчитывают около пятидесяти загадок: например, изображение странной девочки в золотом наряде, две правых перчатки в руке капитана Франса Банинга Кока, шестипалая левая рука мушкетера Яна ван дер Хеде, а также много других таинственных и нерасшифрованных до сих пор загадок. А начать можно с того, что официально картина называлась «Выступление стрелковой роты капитана Франса Баннинга Кока и лейтенанта Виллема ван Рейтенбюрха». «Ночным дозором» она стала только в XVIII веке, когда потемнел лак на её поверхности. Уже Ван Хоохстратен – ученик Рембрандта – писал, что хотел бы, чтобы Рембрандт «внес в нее больше света». В картине много подтекста. Например, британский кинорежиссер Питер Гринуэй считает, что на этом полотне метафорически изображена реальная детективная история, произошедшая в Амстердаме во времена Рембрандта, а именно заказное убийство капитана Пирса Хассельбурга. Неизвестно, так ли это на самом деле, но именно после этой картины, обличающей достопочтенных амстердамцев, и началась полоса финансовых неудач Рембрандта. В итоге художник вынужден был распродать имущество и переехать на окраину Амстердама, где и умер, будучи совсем разоренным. Французский историк искусства Эжен Фромантен выносит живописцу следующий «приговор»: «Ночной дозор», представляющий Рембрандта в дни сильного раздвоения его личности, не является ни созданием его мысли, когда она совершенно свободна, ни созданием его руки, когда она ничем не связана. Подлинного Рембрандта здесь нет» (Фромантен, Э. Старые мастера. – М.: Изобразительное искусство, 1996). Рассказ, который я предлагаю вашему вниманию, не детективная история. Таким мне представился последний день жизни великого голландского живописца. День, когда он пристально рассматривает собственную жизнь как самое грандиозное из написанных им полотен. Детство в Лейдене, первые успехи, Саския – жена и любовь всей жизни… Оживают герои его полотен. Он оживил их, а они сделали бессмертным его имя. Свет и тень, правда и вымысел перемешиваются как краски на палитре, и истина известна только самому Рембрандту.

Автор переносит нас в Амстердам XVII века, в дом очень состоятельного купца Йохана Брандта. Сюда приезжает Нелла Оортман, которую сосватали за Брандта. Она почти незнакома с будущим мужем, но готова стать ему хорошей женой. Она чувствует, что Йохан — не такой, как все. Он умный, образованный, независимый, и это ее притягивает. Нелла молода, полна надежд и очень плохо знает жизнь. Но судьба позаботится о том, чтобы она недолго пребывала в счастливом неведении. Ей предстоит узнать, как жестоки люди к тем, кто от них отличается, и осознать, что нет ничего страшнее, чем знание того, что будет.

Их вражда по техасским понятиям длилась долго, очень долго. Обычно вражда в этих краях завершается с устрашающей внезапностью и бесповоротностью. Но здесь был несколько другой случай…