Мольер Жан-Батист - Амфитрион
190 
Постыдны эти порученья
Для черни низкой и простой
Постыдного для высших не бывает.
Для черни низкой и простой
Постыдного для высших не бывает.
Аудиокниги в Исполнении "Соломонов Михаил": Очарование Слов и Искусства Голоса, страница 3
Добро пожаловать в увлекательный мир аудиокниг, озвученных талантливым исполнителем "Соломонов Михаил". Наши произведения - это не просто слова, а настоящие истории, оживаемые уникальным голосом. Исполнитель не просто рассказывает истории, он делает их живыми, наполняет каждый персонаж и каждую сцену эмоциями и драмой. Слушая аудиокниги в исполнении этого артиста, вы погружаетесь в мир фантазии и воображения. Исполнитель придает произведениям не только звук, но и душу, заставляя слушателя пережить каждую секунду приключения вместе с героями. С его участием каждая история становится неповторимой и захватывающей. Проведите вечер в уюте, наслаждаясь аудиокнигами в исполнении этого талантливого артиста. Позвольте его голосу унести вас в мир удивительных историй, где каждый звук и интонация создают атмосферу, в которой невозможно устоять. Выбирайте удовольствие от прослушивания - выбирайте аудиокниги в исполнении настоящего мастера. Погрузитесь в мир слов и звуков, созданный именно для вас - с Audiobukva.ru.
Дадзай Осаму - Ожидание
Я продолжаю ожидать кого-то. Кого же я, сидя здесь каждый день, жду? Какого-нибудь нового человека? Скорее всего, нет. Людей я не люблю. Точнее сказать, боюсь. Когда я встречаюсь с кем-нибудь взглядом, то бывает, что иногда говорю ему ничего не значащие и ни к чему не обязывающие приветствия, вроде «У вас все в порядке? Не холодно ли?». Мне становится грустно оттого, что больше такой лгуньи как я, в мире нет нигде, и в подобный момент я жажду смерти.
Набоков Владимир - Условные знаки
Она думала о бесконечных волнах боли, которую она и ее муж почему-то должны были выносить; о незримых гигантах, которые как-то невообразимо мучат ее мальчика; о неизмеримом количестве нежности, которая существует в мире; об участи этой нежности, которую давят, зря расточают, или превращают в безумие; о заброшенных детях, что-то шепчущих себе под нос в не метенных углах; о чудных сорных травах, которым некуда спрятаться от косца, вынужденных беспомощно видеть как его по-обезьяньи сутулая тень оставляет позади себя искромсанные цветы, меж тем как надвигается чудовищная тьма.
Олеша Юрий - Альдебаран
Он влюбился в девушку. Она сидела рядом. Она положила руку на колено молодого. Тогда старый спросил:– Быть может, я лишний? Молодой вздохнул, снял картуз. Круглая красноармейская голова его была низко острижена. Он был блондин. Голова его блестела, как бульон.
Кокто Жан - Из окна
Девушка! Девушка! Оп-ля! Оп! Оп! Подождите минутку! Что? Вот так-так! Посмотрите, как я высовываюсь, — смотрите, как я наклоняюсь! Я выделяюсь на фоне неба и похож на ангела. Ангел, который говорит с вами, заслуживает ответа. Нет? Заслуживает хотя бы того, чтобы взглянуть в его сторону вместо того, чтобы глазеть на газовый фонарь и пожимать плечами. Правда, если вы пожимаете плечами — мне видно сверху — это нас чуть-чуть сближает, будто вы вспорхнули и полетели, чтобы встретиться со мной.
Вересаев Викентий - Звезда
Это случилось в давние времена, в далеком, неведомом краю. Над краем царила вечная, черная ночь. Гнилые туманы поднимались над болотистою землею и стлались в воздухе. Люди рождались, росли, любили и умирали в сыром мраке….
Куприн Александр - Лунной ночью
До сих пор, когда я вижу вечером освещаемую лампой зелень с ее мертвенным, жидким цветом, я не могу не вспомнить при этом лица и понурой фигуры Гамова. Мне всегда казалось, что его душа обременена крупным невысказанным горем.
Зингер Исаак - Голуби
Профессор не только получал удовольствие от кормления голодных голубей. Он учился у них. Как-то он прочел выдержку из Талмуда, где евреи уподоблялись голубям, и только потом понял смысл этого сравнения. У голубей нет никакого оружия в борьбе за существование. Их жизнь почти всецело зависит от тех крох, которые им бросят люди. Они боятся шума, летят прочь от самой маленькой собачонки. Голуби даже не отгоняют воробьев, которые крадут у них пищу. Они, подобно евреям, полагаются на мир, покой и добрую волю.