Жанр "Биографии, мемуары" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 14

Книга переосмысливает идеи Петра Кропоткина, показывая анархизм не как хаос, а как естественную форму самоорганизации, основанную на взаимопомощи и кооперации. В отличие от теорий, акцентирующих внимание на власти и конкуренции, Кропоткин доказывает, что сотрудничество было ключевым фактором эволюции и развития общества. Он критикует централизованное государство и капитализм, которые подавляют естественные механизмы солидарности, превращая людей в пассивных участников системы. Используя исторические примеры и научные аргументы, книга предлагает альтернативную модель общества, где управление строится на добровольных ассоциациях, а ресурсы распределяются по принципу общих потребностей.

Борис Львович Ванников (1897-1962) руководил в 1939-1946 годах сначала наркоматом вооружения, потом наркоматом боеприпасов. Рукопись его воспоминаний об этом периоде работы нашей оборонной промышленности передал "«Знамени»" его сын Р. Б. Ванников. В 1965-1970 годах "«Записки наркома»" под общей редакцией и с комментариями генерал-полковника артиллерии Ф. А. Самсонова, в литературной редакции Д. В. Рубежного, предполагало выпустить издательство "«Наука»" (в серии "«Вторая мировая война в исследованиях, воспоминаниях, документах»"), но книга не вышла в свет. Проделанная издательством работа во многом облегчила подготовку настоящей публикации.

То, что блокадный дневник школьницы Лены Мухиной сохранился, — само по себе уже чудо. В 1962 году он попал в Ленинградский партийный архив (теперь Центральный государственный архив историко-политических документов Санкт-Петербурга) и хранится там по сей день. Мы знаем «взрослые» свидетельства того чудовищного, до конца не изученного явления, которое называется Ленинградской блокадой: «Воспоминания» Д. С. Лихачева, «Записки блокадного человека» Л. Я. Гинзбург, «Блокадный дневник» Г. А. Князева, «Воспоминания о блокаде» В. М. Глинки и многие другие. Но «детских» свидетельств — мало. По ошеломительности воздействия на читателя можно назвать одно: дневник Юры Рябинкина, приведенный в ленинградском Евангелии — «Блокадной книге» Д. Гранина и А. Адамовича. И вот теперь — дневник Лены Мухиной. Что можно противопоставить мучительному умиранию от голода в условиях, когда рушатся общепринятые нормы морали? Что может спасти от духовной деградации в условиях, когда борьба за выживание лишает «человеческого лица», а голод и страх смерти превращают человека в животное? Одним из средств спасения оказался алфавит, порядок букв. Попытка через слово осмыслить происходящее, понять себя. И еще: интуитивное знание, что нужно сохранить свою историю, свой опыт — для других. Когда-то Лена мечтала написать вместе с подругой книгу, «которую хотелось бы прочесть, но которой, к сожалению, не существует». Эта книга — существует. И является свидетельством того, что в самое бесчеловечное время люди пытались сохранить свою человеческую сущность. Именно это сегодня дарит нам надежду. Дневник подготовлен к изданию сотрудниками Санкт-Петербургского Института истории РАН.

Свыше полутысячи смешных и жутких, удивительных и кровавых историй, произошедших в среде питерских ролевиков в период с 1991 по 2000 год. Всё, про что бы Вы хотели узнать — история РИ глазами подонков, глумление над людьми, попойки и употребление наркотиков, секты и самоубийства, погромы и провокации, облавы и противодействие властей — всё здесь. Это 'темная история' Питерской ролевой тусовки — весело, жестко и совсем не так, как теперь принято. Почти от самого начала до рубежа тысячелетий, в живом изложении от создателей большинства этих историй — Грибных Эльфов».

«Что-то осталось во мне после того побега из пионерлагеря, после той длинной ночной дороги домой; я думаю — бесстрашие воли и смирение перед безнадежностью человеческого пути. Что увидала я — ребенок — в том неохватном, том сверкающем окне вселенной, о чем догадалась навек? Что человек одинок? Что он несчастен всегда, даже если очень счастлив в данную минуту? Что для побега он способен открыть любое окно, кроме главного — недостижимого окна-просвета в другие миры…?» Дина Рубина. Содержание: 1. От автора 2. Дорога домой 3. Бабка 4. Снег в Венеции 5. В Сан-Серге туман… 6. Любовь – штука деликатная 7. Самоубийца 8. Рената 9. Кошки в Иерусалиме 10. Долгий летний день в синеве и лазури

Представляю вашему вниманию дневник Игоря Гиркина аka Стрелкова о боях в Югославии в составе 2-го РДО в 1992-м году.

«Конь Вороной — это второй роман известного писателя-террориста начала 20 в. Б. Савинкова. Здесь автор продолжает исследовать тему, начатую им в «Коне Бледном» — почему удачливый и талантливый человек выбирает именно путь террориста, как способ самовыражения и смысл своей жизни.»

Это книга о настоящих мужиках — летчиках и штурманах знаменитого «кукурузника» По-2 (У-2). Для управления этим самолетом первоначальной летной подготовки не нужны были особые навыки и способности, все же это был не истребитель или дальний бомбардировщик, однако те задачи, которые приходилось решать экипажу, требовали огромного личного мужества и полной отдачи.

Как вспоминал один из ветеранов: «К У-2 относились с насмешкой, но эксплуатировали нас нещадно».Экипажи этих самолетов выполняли вылеты практически в любых метеоусловиях, когда ни один другой род авиации не мог оторваться от земли. Они летали на бомбометание, дневную и ночную разведку, высадку и выброску разведчиков, снабжение окруженных войск и партизан, эвакуацию раненых: выполняли полеты по связи и перевозке командного состава. Весь этот спектр задач ложился на плечи летчиков и штурманов тихоходного биплана, летавшего с крайне малой по современным меркам скоростью.Справиться со всем этим комплексом задач, сменявших друг друга даже в течение одного дня, могли только настоящие профессионалы, летчики и штурманы, делавшие свою, во многом незаслуженно обойденную вниманием работу. Отдавая дань мужеству летчиц 46-го гвардейского авиационного полка, мы должны помнить, что во время войны было создано более сотни полков ночных бомбардировщиков, среди которых только один был женским. Именно на плечи мужчин, таких, как эти двенадцать человек, чьи воспоминания собраны в книге, легла основная тяжесть войны на маленьком самолетике, делавшем большие дела.