Жанр "Роман, проза" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 126

Душевный рассказ о мужчине, вернувшимся с войны. Он женился, у него хорошая работа, друзья, положение в обществе. Но что-то его гнетёт. Что-то изменило его во время службы в Италии. Что-то неизменно раз за разом притягивает его мысли и возвращает в прошлое…

Действие романа происходит в Древнем Египте в середине XI века до н. э. — в период упадка XX династии египетских фараонов, завершивший Новое царство. Сюжет романа составляет история борьбы вымышленного исторического деятеля — молодого фараона Рамсеса XIII — с могущественной кастой жрецов Амона-Ра во главе с коварным Херихором. Содержащаяся в этом произведении критика духовенства была актуальна для католической церкви.

NB: Данная аудиоверсия исторического романа Болислава Пруса «Фараон» предоставляется для прослушивания без музыкально-шумового сопровождения и целиком без деления на тома. Приятного прослушивания!

 

Стаднюк Иван Фотиевич (8.03.1920—4.05.1995), прозаик, драматург, сценарист. В 70—90-е Стаднюк работал над романом «Война» (первая книга в 1970—71). Этот роман — одна из первых попыток русской военной прозы соединить «окопную правду» т. н. лейтенантской прозы с обобщающим началом, с оценкой войны и ее сражений — прежде всего приграничных, Смоленской битвы, боев под Москвой с позиций Генерального штаба, Ставки, с «кругозором» Верховного Главнокомандующего. Огромное место в многоплановом романе заняли главы, посвященные деятельности И. В. Сталина, маршалов Шапошникова, Жукова, народных комиссаров танкостроения и авиационной промышленности В. А. Малышева и А. И. Шахурина (среди постоянных собеседников и консультантов писателя в течение многих лет был В. М. Молотов и др.). Это не заслонило в романе путей-дорог по проселкам войны одного из рядовых героев политрука Иванюты, солдат, бойцов-пограничников, трагических судеб генерала Д. Павлова, командующего Западным фронтом, и др. Роман остался незавершенным За роман «Война» писателю И. Стаднюку присуждена Государственная премия СССР 1983 года.

«Ей казалось, что жизнь может продолжаться так бесконечно — только она сама не понимала, заключается ли в этом просто возможность, надежда или же угроза». Любовь и история трех людей, таких обыкновенных и таких удивительных, посреди ужасов Франции 1942 года — в романе классика французской литературы Франсуазы Саган. Только закрыв за собой дверь, можно открыть окно в будущее.

Таинственный, романтический мир физиков, мир дерзаний, поисков, открытий в романе Даниила Гранина это еще и поле битвы, на котором идет подлинная борьба между подлинными учеными, настоящими людьми, каким был Дан, каким является Крылов, и карьеристами, посредственностями, такими, как Денисов, Агатов или Лагунов. Неспособные к творчеству, всеми правдами и неправдами добивающиеся административной карьеры в науке, они едва не пустили под откос, ради своекорыстных устремлений, научный поиск Тулина и Крылова, ищущих эффективный метод разрушения грозы. Тем не менее, и в этом талант писателя, нерв произведения не в лобовой схватке добра и зла, а в сопоставлении характеров двух друзей, физиков Крылова и Тулина. В том внутреннем споре, который долгое время, не сознавая открыто, они ведут между собой С покровительственной нежностью относится Тулин к другу cтуденческих лет — неловкому, непрактичному, медлительному тугодуму Крылову. Видимо, такова уж его судьба — всю жизнь опекать этого рохлю, этого «лунатика» А сам Тулин? «Куда бы Тулин ни шел, ветер всегда дул ему в спину, такси светили зелеными огоньками, девушки улыбались ему, а мужчины завидовали». Крылов, естественно, влюблен в Тулина. Но даже ради него не в силах поступиться принципами. «Раз у меня есть убеждения, я должен отстаивать их, а если я не сумел, то уж лучше тогда уйду, чем в сделку вступать», — вот основа характера Крылова, нечто твердое, как металл, обо что ударяется Тулин. По мере развития романа все отчетливее выявляется принципиальное различие научных и жизненных позиций этих героев. Их отношения — это коллизия принципиальности и оппортунизма. Она раскрывает нравственную основу научного подвига, которая всегда — в бескомпромиссном стремлении к истине. Дан был великим ученым потому, что «он был прежде всего человек».

Чарльз Буковски — входит в число крупнейших писателей ХХ века, написавший больше сорока книг. Несмотря на присутствие шокирующего натурализма, его тексты очень лиричны, даже сентиментальны. «Макулатура» — это последний роман автора, постмодернистская лебединая песня, в духе написаных Ричардом Бротиганом «Грез о Вавилоне», память роману-нуар. Главный герой «Макулатуры», невезучий частный детектив, получил заказ от Леди Смерть — выяснить вправду о скандально известном французском писателе Луи-Фердинанд Селине. Восстал ли он из мертвых и разгуливает ли по Голливуду…

Роман «Свежо предание» — из разряда тех книг, которым пророчили публикацию лишь «через двести-триста лет». На этом параллели с «Жизнью и судьбой» Василия Гроссмана не заканчиваются: с разницей в год — тот же «Новый мир», тот же Твардовский, тот же сейф… Эпопея Гроссмана была напечатана за границей через 19 лет, в России — через 27. Роман И. Грековой увидел свет через 33 года (на родине — через 35 лет), к счастью, при жизни автора. В нем Елена Вентцель, русская женщина с немецкой фамилией, коснулась невозможного, для своего времени непроизносимого: сталинского антисемитизма. Но дело у нее не в идейности и не в политике. Писательница забила тревогу, как всякий порядочный человек, когда на глазах у него ни за что гибнут достойные люди. Это беда и боль не только их, но и того народа, который такое допустил. И именно русский человек в романе перечисляет основные черты еврейского народа: «Вековые-то преследования даром не прошли, выковали и характер, и волю, и сплоченность. Любовь к детям. Любовь к родичам… И мудрость <…> Горькая такая, спокойная… с юмором».

В этой книге Питер Мейл обращается к своей излюбленной теме — «англичанин за рубежом». Со свойственной его перу легкостью, юмором и французским шармом он описывает историю лондонского магната, уставшего от рекламного бизнеса и решившего открыть гостиницу на холмах Люберона.