Жанр "Классика" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 31

В камере смертников ждет своего последнего дня человек, который прекрасно знает: больше надеяться ему не на что. Но пока что он еще живет. Мыслит. Чувствует. Вспоминает… Виктор Гюго, активный противник смертной казни, пошел, ради высших целей, на литературную мистификацию – в 1829 году он опубликовал небольшую повесть «Последний день приговоренного к смерти» анонимно, под видом подлинного дневника осужденного к высшей мере наказания. Последовал сенсационный успех, а вслед за ним – стоило открыться имени автора – столь же небывалая травля Гюго в прессе… Однако имена хулителей давно забыты, а повесть по-прежнему остается одним из самых сильных произведений в защиту неотъемлемого права человека (пусть даже преступника) на жизнь.

Сэмюел Ленгхорн Клеменс, всемирно известный американский писатель-сатирик и журналист Марк Твен (1835-1910), — великолепный знаток разговорного языка, тонкий наблюдатель американской жизни и блестящий рассказчик. М. Твена у нас в стране знают больше как автора Тома Сойера и Геккельбери Финна. На самом деле его перу принадлежат множество юмористических произведений, в том числе мало известных в России.

Роман «Позолоченный век» (1874), давший название целой эпохе, был написан Твеном в соавторстве со стилистически непохожим на него новоанглийским писателем Ч. Уорнером. Этим объясняется весьма неровный стиль книги. В ней есть главы с оттенком сентиментальности, чувствуется привычное для американской литературы тяготение к «счастливым» концовкам. Но, в тоже время, произведение насыщено пародиями на модные романы и традиционные ситуации того времени, ядовито-саркастическими портретами жуликоватых политиканов, высокопоставленных воров, темных манипуляторов, задающих тон в столице США.

Предлагаем вашему вниманию исключительное произведение из сатирической русской литературе. Ранее до этой повести не было столь едкой и глубокой сатиры на политический и общественный уклад в России. Исторические основы жизни представлены под таким ракурсом, что не мало современников в негодовании окрестили повесть пасквилем на историю российскую. Но, не смотря на это, у Салтыкова-Щедрина помимо безжалостной насмешки и язвительности проглядывается много трепета и личной боли к своему народу, что не дает превратить повесть в грубую карикатуру.

Рвущая душу история трагической, обреченной, неразделенной любви девушки — калеки Эдит фон Кекешфальва к доброму и искреннему, но недалекому молодому офицеру, способному ответить на ее чувства только жалостью. Эдит понимает: ей, прикованной к инвалидному креслу, не стоит рассчитывать на ответную любовь. Но сила ее иступленной страсти такова, что и не требует взаимности. Единственное, на что может надеяться девушка, — это чудо, которое поможет ей однажды встать и пойти…

Рассказ Антона Федоровича Кольчугина об одном случае, произошедшим с его покойным батюшкой. Как-то раз пожаловали к нему гости — три донских казака и приказчик. Выглядели они безобразно, говорили странные речи, но хозяин не примечал этого, только пил с ними. Однако позднее он стал понимать, что здесь что-то не так…

20 мая 1859 г. Николай Петрович Кирсанов, сорокатрехлетний, но уже немолодой с виду помещик, волнуясь, ожидает на постоялом дворе своего сына Аркадия, который только что окончил университет.Николай Петрович был сыном генерала, но предназначенная ему военная карьера не состоялась (он в молодости сломал ногу и на всю жизнь остался «хроменьким»). Николай Петрович рано женился на дочке незнатного чиновника и был счастлив в браке. К его глубокому горю, супруга в 1847 г. скончалась.

Роман «Идиот» занимает в творчестве Достоевского особое место. В центре других его произведений стоят трагические образы мятежных героев — «отрицателей». В «Идиоте» же писатель избрал своим главным героем, по собственному определению, «положительно-прекрасного», идеального человека, стремящегося внести гармонию и примирение в нескладицу общественной жизни, и провел его через поиски и испытания, также приводящие к трагическому концу. Подобная задача остро выдвигалась русской общественной жизнью 60-х годов. Различными путями ее решали Тургенев, Чернышевский, Толстой, Лесков. И в этих условиях Достоевский должен был испытывать страстное желание нарисовать образ современного русского человека, наделенного высоким нравственным совершенством. В бытовых и психологических контрастах романа резко и выпукло отражены те процессы социальной и моральной деградации, роста богатства одних и обнищания других, разрушения «благообразия» дворянской семьи, которые вновь и вновь притягивали к себе внимание Достоевского после реформы. Читатель попадает вместе с героем и в богатый особняк генерала Епанчина, и в дом купца Рогожина, и на вечеринку у «содержанки» Настасьи Филипповны, и в скромный деревянный домик чиновника Лебедева. Рогожин и Мышкин, Настасья Филипповна и Аглая, Ипполит и группа «современных нигилистов» воплощают разные ипостаси России, русского человека в его порывах и исканиях, добре и зле.

Выход романа произвел взрыв в американских литературных кругах. «Нью-йоркское общество борьбы с пороком» запретило дальнейшее распространение «Гения», как «богохульного и непристойного произведения» и потребовало изъять книгу из продажи. Однако это не помешало роману Драйзера стать мировой классикой и любимым произведением нескольких поколений читателей.