Бесплатные Аудиокниги от автора "Кригер Борис" на Audiobukva.ru, страница 41

Поэт всегда мишень. В первую очередь для упреков в неоригинальности. Устало-ироничный постулат Екклесиаста настигает всех идущих и пробующих: «Нет ничего нового под Солнцем...» И тем не менее… Каждый поэт получает свое эксклюзивное право бросить вызов — найти слова, заставить привычную истину засиять по-новому, отыскав особый угол или особый способ огранки. И одна из вечных тем — осознание и исследование своего дара, попытка понять, откуда, из каких запредельных далей и глубин — вселенной или закоулков души?

Наука обычно не задается вопросом какова могла бы быть Вселенная и Жизнь в идеальном мире, словно бы, предполагая, что природа совершенна, и если что-то нам кажется несовершенным, то это от того, что мы недостаточно её постигли.

Критиковать Жизнь не принято. Такой подход кажется несерьезным, и ученые и не подумают критиковать устройство жизни во Вселенной. Но автор все же нашел группу ученых в качестве консультантов, которые помогли ему задать основной вопрос этой книги: «ЗАЧЕМ?» Причем не только на уровне, зачем все существует и функционирует в том виде, в котором мы его наблюдаем, но и зачем вообще существует, и почему не устроено как-нибудь иначе, или даже вообще на совершенно другой материальной основе или даже вообще на некой нематериальной, а виртуальной основе.

Для поэта поэзия — точный слепок состояния его души, каким бы оно ни было. Кто-то может возразить: «Почему так мрачно? Чернуха!» Нет, именно точнейшее, откровеннейшее отображение того, что действительно чувствует автор. И судить его за излишнюю мрачность не следует. Ибо и к счастливым идиотам рано или поздно приходят мрачные прозрения. Как-то Валентин Гафт, читавший тексты Бориса Кригера, сказал: «Кажется, что я сам это написал!», и вот мэтра не стало и строки о смерти в его устах словно звучат уже оттуда, из-за грани земного бытия.
Бегать от горькой правды нашего существования глупо и недостойно. Примите эту поэму, не обвинив автора в надуманном трагизме. И тогда и для вас это произведение станет отдушиной в темный час души.

Любые сказки, вне зависимости от места и времени написания, от тоталитарности или либеральности режима (считается, кстати, что тоталитаризм благоприятен для их создания), основываются на банальных представлениях об априорном преимуществе добра над злом, на повторении непреложных истин. Таков уж закон жанра, от него никуда не деться. Кригер, надо отдать ему должное, постарался преподнести свою книгу с обильным гарниром философии. Не выходя за пределы жанра сказки, Кригер трактует его весьма широко. В конце концов, сказка — это не что иное, как небыль, вымысел, фантазия, и в этом смысле любое художественное произведение может считаться сказкой…

Что стоит за этим знакомым и по-прежнему неведомым словом «Канада», именующим страну, когда-то казавшуюся  далекой сказкой, а теперь занимающую все мое нехитренькое бытие? Многие из иммигрантов прожили в Канаде значительную часть своей  жизни.  Хорошо ли нам здесь? Понимаем ли мы эту страну? Стала ли нам Канада вторым, а подчас единственным домом?   «Неизвестная Канада», о которой я пытался поведать, это то, что прячется за нарядным фасадом. Канада – это дешевый рай для измученных своими странами людей. Несмотря на терпимость на словах Канада не оставляет иммигранту выхода, как только слиться с ней в экстазе, перестав быть самим собой. Возможно весь мир представляет из себе такое непривлекательное место, но, увы, иного глобуса нам не дано.  

Поэзия поразительно тесно связана с музыкой. Они созданы друг для друга. Они немыслимы друг без друга. Именно потому на великое множество стихов положена музыка. Но в музыке — семь нот, а в языке — невообразимое количество приемов, звуков и тонов. Нет, это не ставит изобразительную силу слова выше — в искусстве все равны, но это говорит о том, какими неимоверными возможностями символики обладают стихи. Так вот, поэзия Бориса Кригера — это музыка. Музыка как есть. Музыка сама по себе. Самостоятельная, органичная, прозрачная. И рассказывает она о том, чего не замечает иной раз даже сама природа.

«Внутриутробное эссе» — как кроссворд с вертикалями и горизонталями, складываешь мозаику из того, что же хотел сказать и сказал автор. Появляется ощущение цикличности — словно читаешь поток сознания уже прожившего жизнь еще не родившегося эмбриона. Может быть, только находясь в утробе мы обладаем всеми знаниями мироздания? Для того чтобы родиться и попытаться вспомнить забытое великое знание? Но нет, эмбрион — не Господь Бог, он может лишь ждать своего появления на свет, сетовать на скуку и отсутствие окон в утробе, параллельно упражняясь в остроумии, сравнивая пророчества священных книг с «литературными ценностями преисподней».

Книга переосмысливает архетипические роли в отношениях через призму амбиций и манипуляций, ставя вопрос: кто действительно управляет судьбой? Макбет, талантливый полководец, сначала ведомый влиянием жены, оказывается в эпицентре внутреннего конфликта между честью и жаждой власти. Леди Макбет, с её безжалостной решимостью, толкает мужа к кровавому преступлению, но сама оказывается не готова справиться с чувством вины. Образы героев раскрывают сложность их отношений, где роль манипулятора и жертвы постепенно меняется, ломая стереотипы о доминирующем влиянии одной личности.

История показывает, что поверхностное восприятие Макбета как «подкаблучника» упускает глубину его трансформации. Хотя жена вдохновляет его первый шаг, все последующие злодеяния — результат его собственных амбиций. Эта динамика отношений подчёркивает, что власть и трагедия не могут быть приписаны только одной стороне: они рождаются из союза, основанного на совместных слабостях и страхах. Пьеса становится не просто исследованием человеческих страстей, но и критикой упрощённого взгляда на гендерные роли, которые слишком часто сводятся к карикатурным стереотипам.