Жанр "История" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 98

В самом известном романе классика английской литературы Эдуарда Булвер-Литтона рассказывается о событиях, предшествовавших гибели одного из прекраснейших городов Южной Италии. В Помпеях происходят многочисленные убийства при странных, загадочных обстоятельствах. Римские власти возлагают вину на христиан, однако молодой центурион Главк, решивший во что бы то ни стало отыскать убийц своего отца, обнаруживает, что все не так уж просто…

В трилогии русского советского писателя Антонина Петровича Ладинского (1896—1961) отражены наиболее важные моменты истории древнерусского государства конца X — начала XII века: крещение Руси при Владимире, объединение феодальных княжеств вокруг киевского стола, укрепление границ и возрастание международного авторитета Киевской Руси при Ярославе Мудром и Владимире Мономахе… В романе «Когда пал Херсонес» повествование ведется от лица византийского патрикия, просвещенного грека Ираклия Метафраста — свидетеля событий тех дней, когда начали развиваться отношения Византии с ее пышностью, роскошью одеяний, великолепными императорскими «выходами», но застывшей на достигнутом, скованной нерушимыми традициями, с внезапно выросшей в причерноморских степях молодой, дерзкой, одетой в овчины Киевской Русью.

Произведение предлагает слушателям прикоснуться к петербургской истории, и пусть на миг она сделает нереальное реальным, далекое-близким, прошлое-настоящим.

В центре Москвы, на Красной площади, стоит памятник, известный каждому, кто хоть раз побывал в нашей столице. Он сооружен в 1818 г. по проекту выдающегося русского скульптора И. П. Мартоса на народные средства. На постаменте высечена надпись: «Гражданину Минину и князю Пожарскому благодарная Россия». Памятник живо напоминает нам о грозных событиях 1611 — 1612 гг., о великом подвиге русских людей, поднявшихся в едином порыве против врагов и отстоявших свою независимость.

Замысел этого произведения — поиск исторической истины, раскрытие исторических судеб людей России в переломные годы ее развития. В живой форме автор умело рисует целую галерею остропсихологических портретов. Эта книга известного историка и писателя о лицеистах пушкинского выпуска. Читателю предстоит познакомиться с Пушкиным и его товарищами, сыновьями XIX столетия. Они станут поэтами и министрами, сельскими домоседами и неугомонными путешественниками, офицерами и «государственными преступниками», декабристами…

«Memento mori!» [Помни о смерти] — говорили древние… Смерть — это то, с чем каждому из нас придётся рано или поздно столкнуться. Мы старательно гоним эту мысль от себя, внушая, что «это ещё не скоро», «уж с кем-с кем, но не со мной», «поживём — увидим»… Мы живём так, как будем жить вечно и никогда не увидим смертного часа. Может быть, это внутренняя психологическая защита, которая пытается сохранить нашу личность от разрушения — ведь не каждый бы смог жить под таким «дамокловым мечом». Античных философов эта проблема тоже волновала, и они предлагали разные решения этой проблемы. Эпикур, который славился своей жаждой жизни и оптимизмом, выработал для себя следующую установку: «Пока есть я, смерти нет, а когда придет она, то не будет меня». Чем страшна для нас смерть? Наверное, неизвестностью. Как говорится, «оттуда ещё никто не возвращался». Людям верующим в этом отношении одновременно и проще, и тяжелее. Проще — потому что религия постоянно напоминает им о смерти и потусторонней жизни; они живут с этой мыслью и свыкаются с ней. Для атеиста же всё заканчивается здесь и сейчас, и уйти в небытие — это действительно непостижимо для человеческого разума. Но верующим и сложнее: памятуя о смертном часе, готовиться к нему надо всей своей жизнью. Каждый шаг, каждый поступок рассматривается с позиции вечности, загробной жизни, а значит — и смерти. Отцы церкви в этом отношении дают ясную рекомендацию: «Помни час смертный и вовек не согрешишь»… Однако — о книге А.П. Лаврина. В её вводной части рассказывается о различных типах и видах смерти, с которыми человечество сталкивалось на протяжение всей своей истории, а также об отношении к смерти в различных цивилизациях. Основная же часть — это описание последних дней жизни великих людей. Перед лицом вечности и в объятиях «костлявой» они все оказывались равны — и император, и последний нищий… Рекомендация: наверное, не стоит давать читать эту книгу подросткам, которым не исполнилось 18 лет — неокрепшая психика может не переварить столь сложную тематику. Хотя Александр Петрович Лаврин ни в коем случае не пропагандирует ни суицид, ни жестокость. Книга просто рассказывает о том, что БУДЕТ С КАЖДЫМ ИЗ НАС.

Жизнь Карла Хаусхофера была в равной мере загадочной и трагичной. Хотя бы по этой причине она обрастала огромным количеством мифов. Баварский кадровый офицер фактически создал новую научную дисциплину — геополитику. Сейчас ее изучают во многих российских университетах, хотя еще недавно она считалась «реакционной концепцией, использующей извращенно истолкованные данные физической и экономической географии для обоснования и пропаганды агрессивной политики империалистических государств». Жизнь Карла Хаусхофера пришлась на перелом эпох — он был свидетелем гибели и трансформации многих государств. Принципиальный сторонник континентальной политики, он выступал за тактический союз Германии, России и Японии. Однако на Западе его предпочли провозгласить «учителем Гитлера», хотя Хаусхофер не был нацистом и всего лишь несколько раз встречался с фюрером. Парадоксальные выводы, сделанные в научных работах, смелые геополитические проекты и трагическая гибель — все заставляет заполнять пробелы в биографии Хаусхофера выдумками и домыслами. В книге историка Андрея Васильченко приводится не только первое отечественное жизнеописание создателя геополитики, но и никогда не публиковавшаяся ранее на русском языке переписка Хаусхофера и Рудольфа Гесса, заместителя фюрера по партии.

Книга О. Бузины – первый за пятнадцать лет независимости взгляд на украинское прошлое с точки зрения факта, а не мифа. Знаковые исторические фигуры предстают в его новой книге не иконами, а живыми людьми. Сама же история – такой, как была на самом деле – исполненной жестокости и предательства, но чудовищно интересной. То, что скрывали архивы и самоцензура профессиональных историков, теперь становится достоянием широкого читателя.