Жанр "Религия" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 25

Фильм “Остров” стал настоящим событием российской жизни, его посмотрели миллионы зрителей. Однако лишь только фильм вышел на экраны, как тут же во весь голос заговорили критики. В культурной жизни России даже возникло целое направление – “островоборчество”. Упреки высказывались самые разные: “не было таких монастырей”, “таких монахов не бывает”, “отец Анатолий – это не старец, а блажащий мирянин, церковный дедушка”, “фильм – сплошные штампы”, “много нестыковок и фальши”, “много лжи”, “не могло быть такой матери, все женщины в фильме – не настоящие”, “герои-монахи похожи на карнавальных ряженых”, “фильм – православный лубок, рекламный ролик”, “фильм – жалкая картина выдуманной монастырской жизни”. Больше всего споров вызвал образ старца Анатолия. Некоторые возмутились его “хулиганским поведением”: “Ни смиряться перед игуменом, ни просто жить в мире с другими монахами отец Анатолий не желает. „Святого из меня сделали!“ – сокрушается он. А сам… на глазах у матери вытаскивает мальчика из лодки, чтобы… „доисцелить“! Другое дело – обличать, на это он мастер. То отнимет у игумена дорогие ему вещи (подарок Архиерея!) – а он его за это еще и благодарить начнет! – то швырнет в него обгорелым поленом с колокольни (естественно, скоро в обители вспыхнет пожар!). А игумен посетует, поворчит, да и смирится перед старцем-подвижником… Дивный, однако, игумен” (газета “Благовест”).

Протоиерей Александр Шантаев десять лет прослужил в сельских приходах в Ярославской епархии, а затем был настоятелем Спасо-Преображенского собора в Угличском кремле. Не понаслышке батюшка знает, как живет Россия вдали от мегаполисов, и с любовью и болью рассказывает об этом. Из окна поезда мы видим маленькую станцию. Каково жить тут? Каждый день видеть этот лес, эти покосившиеся домики. О том, как проходят дни в том медвежьем углу, знает сельский священник. Он ближе врача и учителя, к нему идут тогда, когда идти уже некуда. Батюшка — хороший рассказчик. Ниточка неторопливого повествования ведет нас вдоль железной дороги, через редкий лес и болото, туда, где под осенним дождем, под мелким снегом спит наша Россия. И видит во сне смешную девочку Асю, церковных бабушек с натруженными руками, сельского милиционера и кассиршу, которая продает билеты на маленькой, Богом забытой станции в самом сердце большой и чудесной страны. Неспешные рассказы — трогательные, печальные и заставляющие смеяться до слез, собраны под обложкой этой книги. СодержаниеОт издательства От автора Асина память. Рассказы У печки Случай На реках Вавилонских Злая невеста Верная Василиса Асина память Лесник и нос Отпевание в заречном Катин сон. Святочный рассказ Бабка-Живулька. Сказка Тёплая Соборование. Короткая повесть В праздник Епархиальное собрание Соборование Встречи-проводы. Приходские записки В Петрово На дому Нищий Алоэ Сглаз Мотылек Похоронили Одинокая Тяжкие проводы Начало мая Сирота Пенек и Алеша показано с 31 по 58 из 58 При смерти Смерть церковницы Про старушку с носом Пожар «Святое письмо» Ограбили Одинокие проводы Сенька Две бабушки Перепрыгнул Холодильник Ботинки Как просыпается весна Отпевание фермера Совпадение Умирающая Старушка Маша Визит к колдунье Вечером Картошка Битва ангела с сатаной Деревья Конец лета У окна Про бабку Дусю Дом у красной горки Проходимец Опять пожар

Книга выдающегося отечественного историка, филолога и культуролога, священника Русской православной церкви Чистякова посвящена одному из наиболее сложных текстов Нового Завета — Евангелию от Иоанна. По своему жанру это большое эссе, удачно синтезирующее теологическо-культурологический и историко-филологический подходы к текстам Нового Завета. Она написана на основе самых последних достижений новозаветной науки, учитывает все достижения библейской критики и в то же время раскрывает вневременной смысл четвертого Евангелия, его постоянную актуальность и обращенность к нашим современникам. Книга написана прекрасным литературным языком и представляет собой выдающийся образец научно-популярной литературы, сопоставимой с трудами аналогичного жанра Д.С.Лихачева, А.В.Меня, С.С.Аверинцева и других отечественных культурологов.

«Милый друг, иль ты не видишь, что все видимое нами – только отблеск, только тени от незримого очами». Эти строки Владимира Соловьева, выдающегося русского философа-мистика, историка религии и православного вольнодумца, можно считать квинтэссенцией его творчества, весь пафос которого заключается в торжестве сознательной веры над разрушительным эгоизмом и безбожием. Станет ли Россия когда-нибудь Царством Христовым на земле, как об этом мечтал В. Соловьев? Удастся ли ей творчески соединить в себе Восток и Запад, как это когда-то случилось с христианством при его возникновении?

Именно этой проблеме и посвящена знаменитая работа В. Соловьева «Духовные основы жизни».

"… Что бы случилось и как бы повели себя люди, если бы сегодня пролетел над землею ангел и громогласно возвестил: «До пришествия Иисуса осталось 10 дней!» Вот была бы суматоха! Не так ли? Люди каялись бы в своих грехах на улицах… Молитвенные дома не вмещали бы желающих туда попасть. День и ночь непрерывно шли бы богослужения. Люди, которые враждовали долгие годы, стремились бы к примирению, прощали бы друг друга, искали бы тех, перед кем нужно было бы извиниться, кому отдать свой долг… Все войны — большие и малые — прекратились бы немедленно..."«Мои беседы зовут людей посещать церковь, где проповедуют Евангелие спасения без человеческих домыслов. Но люди не спешат: одни думают, что они слишком плохие, чтобы идти в церковь, другие — что они слишком хорошие и могут обойтись без церкви. На самом же деле ошибаются и те и другие. И тем и другим, каждому, нужен Христос, нужно Его прощение, нужно примирение с Богом...»

Сочинение ламы Э.Х.Галшиева (1855-1915 ) является выдающимся памятником дореволюционной бурятской литературы. Он свыше десяти лет находился в Тибете, изучая буддизм. По жанру «Зерцало» относится к субхашиты, традиционному виду индийской литературы: краткие изречения, облеченные в художественную рамку и блещущие оригинальностью мыслей и образов. Связь «Зерцало» с бурятской действительностью, оригинальность его проявляется, наряду с содержанием, в системе доказательств. Второе двустишия представляют собою доказательство первого. Данное сочинение широко известно среди Хоринских бурят. Книга на двух языках — русском и бурятском.

Дооромбо-лама Эрдэни Хайбзун Галшиев — выдающийся сын и гордость бурятского народа, крупнейший буддийский религиозный деятель, его называют «златоустым проповедником благого учения», автор уникального сочинения «Бэлигэй толи» — «Зерцало мудрости». В этой аудиоверсии из 8 глав-дисков краткие изречения, поучения, облеченных в художественную рамку и блещущие оригинальностью мыслей и образов. Излюбленными темами автора были идеи морального порядка, правила жизненной мудрости. Это книга-завещание, поучение, сборник мудростей, собранных им за всю свою жизнь служения народу.
Э.Х.Галшиев родился на территории современного Кижингинского района Бурятии в местности Хасуурта-вблизи с. Орот. Происходил из рода Худай.

1. Песня про родину Э.Х.Галшиева — «Нангин шүтоон тоонтомнай» (сл. Владислава Түгдэмэй, муз. Баяра Шойдокова)
2. Вступительное слово — Дандар лама
3. Предисловие — Сэсэгма Шойдокова

«Эта книга была впервые издана в 1977 году, затем переиздана в 2001 — сразу после теракта, совершенного 11 сентября в Нью–Йорке. Чему посвящена книга? Конечно же проблеме боли и страданий. Эта проблема не нова, и окончательный ответ на нее не прозвучит, видимо, никогда. Она поможет каждому, кто столкнулся со страданиями и болью — своими собственными или чужими. Она поможет каждому, для кого боль стала препятствием на пути к Богу. Филип Янси не боится поднимать вопросы, которые предпочитают избегать в христианском мире. Автора отличает честный взгляд на мир, церковь и жизнь христианина.»

«Аскетические опыты» епископа Игнатия написаны с большим вдохновением и очень выразительно. Начертывается идеал духовной трезвости, с особенным предостережением против мечтательности. Но аскетическое приготовление, смирение и самоотречение, не заслоняет таинственной цели всего пути: стяжание мира Христова, встреча с небесным Странником и Гостем ищущих душ. «Ты приходишь! — я не вижу образа пришествия Твоего, вижу Твое пришествие…» — писал об «Аскетических опытах» Игнатия (Брянчанинова) Флоровский.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) предваряет свои «Аскетические опыты» следующими словами:

«Читатель, знакомый с Преданием Православной Восточной Церкви, легко усмотрит, что в предлагаемых его вниманию Опытах изложено учение святых Отцов о науке из наук, о монашестве, — учение, примененное к требованиям современности. Главная черта, которою отличается деятельность древнего монашества от деятельности новейшего, заключается в том, что монашествующие первых веков христианства были руководимы Боговдохновенными наставниками, а ныне, — замечает преподобный Нил Сорский согласно с другими позднейшими Отцами, — монашествующие должны наиболее руководиться Священным Писанием и писаниями Отеческими, по причине крайнего оскудения живых сосудов Божественной благодати. Объяснение этого направления и необходимости в нем составляет основную мысль Опытов на всем их пространстве.

Статьи, из которых состоит моя книга, написаны в разные времена, по разным причинам, преимущественно по поводу возникавших аскетических вопросов в обществе иноков и боголюбивых мирян, находившихся в духовном сношении со мною. Оканчивая земное странствование, я счел долгом моим пересмотреть, исправить, пополнить, собрать воедино и издать печатно все статьи, написанные мною в сане архимандрита. Счел я долгом моим сделать это по двум причинам: во-первых, по той, что многие статьи распространились в рукописях с большими или меньшими погрешностями; во-вторых, по той, что признаю себя обязанным представить христианскому обществу отчет по согляданию мною земли обетованной, точащей духовные дары и блага, — по согляданию монашеской жизни, какою она является в святом Предании Православной Восточной Церкви и какою Промысл Божий привел созерцать ее в некоторых живых представителях ее.

Затем остается мне просить у читателей снисхождения к моему скудоумию и молитв об убогой душе моей».