Жанр "Классика" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 80

Чикамога — это назва­ние ручья, где произошло одно из самых кровопролитнейших сражений в исто­рии Гражданской войны — сражение между Севером и Югом, в котором севе­ряне потерпели сокрушительное поражение. Но из рас­сказа Бирса этого не сле­дует: от него остается полное ощущение того, что, наоборот, северяне побе­ди­ли. Это история маленького мальчика, сына плантатора, который выходит из дома, пересекает ручей Чикамога, случайно оказывается в лесу, хочет там повоевать, играет в войнушку, размахивает мечом, потом его пугает какой-то кролик, потом он понимает, что заблудился, а потом вдруг видит каких-то ужасных увечных животных, которые ползут. Мы начинаем понимать, что ребенок видит не всё, он нена­дежный рассказчик, а животные — это отползаю­щие раненые конфедераты. Ребенок сначала думает, что с ними можно поиграть, вскакивает на спину одного из них, тот его сбрасывает, а потом маль­чик вдруг думает, что это его армия. Он раз­махивает деревянным мечом, армия ползет за ним и вся, разумеется, умирает. Потом герой видит огромный костер — это горит его дом. А потом он видит, видимо, труп собст­венной матери. И вот тут к нему наконец приходит осознание реальности — это очень страшный эпизод. Герой начинает кулдыкать. Мы понимаем, что он, оказыва­ется, глухонемой. И это очень важный момент — кулдыканье и молча­ние. Бирс подводит литературу к своему пределу, к тому состоянию, когда говорить вменяемым, разумным языком невозможно, когда вообще о реаль­ности говорить невозможно. Он велик именно этим. Бирс почув­ствовал и очень сильно приблизился к границам литературы.

Скандальная книга Виктора Гюго «Последний день, приговоренного к смерти» — это подлинный дневник осужденного на смертную казнь! Первоначально издававшийся анонимно эта книга имела просто поражающий успех! История о том, что переживает приговоренный к смерти, проживая последний день, затрагивает немыслимые ранее струны души, которые при чтении напрягаются до отказа. Автор книги, то есть издатель, Виктор Гюго не понимает, почему некоторые люди имеют власть обрывать жизнь человеческому существу, не смотря на то, какие прегрешения тот совершил. Гюго подчеркивает, что никакие проступки недостойны таких страданий страдания. Он наверно был одним из первых глашатаев, что вступили против сметрных казней.

«Наконец-то свернули с шоссе, город остался за рекой, колеса тележки сразу въехали в землю, — теплую, чуть пыльную. Вот он и ветер — в лицо пышет, под ним так чудесно лететь вперед, все вперед, к милому Розову. „Ходу, ходу, Скромная! Наддай!“
Кучеренок Петька и сам не дурак: струной натянул вожжи, сидит, как влитой. Скромную выпустил полным ходом, — еще немного, и собьется на скок — но это уже позор: хороший кучер не допустит.
Куда уж наддавать! И так летим, клубим пыль за собой, целует нас ветер, пахнет вольными полями, березняком откуда-то и роскошно — пылью и дегтем. „Джон, тубо! Не ярись, Джон, тубо!“ Джона удержать, пожалуй, потрудней, чем Петьку со Скромной, — а у Петьки глаза горят. Джон, в сущности, даже и не он, а сучка сеттер, но огневая, и сейчас, когда ее бросает в тележке от быстрого хода, она вся танцует и мызгает, — я знаю, чего ей хочется: сжаться комком, — и потом вылететь стремглав наискось, а может, и вперед мимо Скромной и ну-ну-у, молнией по полям, кругами, зигзагами, или волчком, — должно быть, все-таки мой Джон немножко сумасшедший, но это ничего, я одобряю, даже жаль, у самого нет сейчас этих четырех упругих лап.
Нет, удержать нет возможности, — гоп! Только этого и ждала. Теперь до самого полковника не посадишь, обносится по всем овсам, ржам, а к охоте устанет и будет плестись с высунутым языком. Знаем мы эту собачью породу. Мой друг Брец, кузнечный мастер, мохнатый охотник, говорил про Джона: „Ну разве же можно такую же собаку держать! Ведь ее же нужно орясиной!“

«Барсетширские хроники» — самый известный цикл произведений романиста Энтони Троллопа.
«Смотритель» — первый роман этой серии, где мы знакомимся с удивительным священником и музыкантом Септимусом Хардингом, его очаровательной дочерью Элинор, а также их друзьями и недругами.
Пятнадцатая глава книги содержит непривычную для большинства читателей критику Чарльза Диккенса.

Семья Простаковых живет в своей помещичьей усадьбе, где все находится в полной власти хозяйки. Она контролирует все и всех – родных, слуг, дворовых. Единственная её любовь и радость – сын Митрофанушка. Для него мать не жалеет ничего и никого… «Недоросль» Дениса Ивановича Фонвизина – одна из первых отечественных пьес для театра, и к тому же – гениальное произведение на века. И хотя работа над оригиналом пьесы была закончена более 200 лет назад – в 1782 году, по сей день история Митрофанушки, семейства Простаковых и чаяний Стародума остается актуальной для российской действительности. Роли и исполнителиПростаков — Александр Ильин Г-жа Простакова, жена его — Евгения Добровольская Митрофан, сын их, недоросль — Алексей Алексеев Еремеевна, няня Митрофанова — Наталья Журавлёва Правдин — Аристарх Ливанов Стародум — Валентин Гафт Софья, племянница Стародума — Ирина Киреева Милон — Сергей Кутасов Скотинин, брат г-жи Простаковой — Александр Филиппенко Кутейкин, семинарист — Михаил Лобанов Цыфиркин, отставной сержант — Александр Тараньжин

Рассказ Бунина «Роза Иерихона» стал одним из тех произведений, которые входят в список шедевров русской классической литературы. В центре сюжета, этого маленького по содержанию рассказа, лежит старая восточная легенда, знакомящая нас с интересными историческими традициями. Произведение не только заставляет задуматься, но и способно изменить взгляд на определённые жизненно важные вещи.

Впервые это раннее произведение будущего «великого пролетарского писателя» вышло в свет в 1898 году с замысловатым эпиграфом из «Телемака»: «Купидон, к вящему земнородных мучению, устрояет так, что не всегда любят ту особу, коею бывают любимы, а равно и наоборот», — и сразу же вызвало множество разноречивых толков. Это и понятно. Десятисерийная версия «Вареньки Олесовой» открывает слушателям нового Горького — неожиданного, по-бунински страстного и по-чеховски размышляющего о судьбах людей «уходящего века».

«Зеленый лик» был опубликован в 1916 году и стал вторым романом австрийского писателя после его знаменитого произведения «Голем». Книга превзошла по тиражам своего предшественника, став виртуозной алхимической вариацией на тему «вечного скитальца» Агасфера. В ней сочетаются элементы западного и восточного эзотеризма, такие как каббала, йога и герметическая традиция.