Жанр "Классика" аудиокниг на Audiobukva.ru, страница 85

В 1961 году вышла в свет книга молодого прозаика Нодара Думбадзе «Я, бабушка, Илико и Илларион». Успех книги в Грузии был шумный и всеобщий. Приключениями деревенского парня Зурико, приехавшего учиться в Тбилиси, зачитывались читатели всех возрастов. Театр имени Коте Марджанишвили инсценировал повесть сразу после ее выхода. Позже популярность повести перешагнула границы Грузии. В фильме «Я, бабушка, Илико и Илларион» наиболее полно проявился талант Тенгиза Абуладзе к поэтическому и философскому обобщению, вырастающему из обыденных, иногда комических, иногда печальных, но всегда простых жизненных фактов. В фильме рассказывается о жизни в грузинской деревне. И охватывают они довольно значительный отрезок жизни героев: мирное время перед Великой Отечественной войны и военные годы. Перед нами проходит отрочество и юность Зурикелы. В фильме нет жесткой фабулы, повествование строится свободно, почти вся городская часть, значительная в повести, здесь усечена до простого обозначения: Зурикела уехал учиться в город. Основная цель режиссера — показать, как под влиянием жизненных событий, малых и больших, формируется человек, его мировоззрение и характер. Многое изменив в сюжете по отношению к повести, отказавшись от многих драматических линий и поворотов, Абуладзе сумел сохранить в картине лирическую, окрашенную мягким юмором тональность — основную стилевую особенность повести Нодара Думбадзе, уберег трогательные эпизоды от налета сентиментальности, а драматические поднял до трагедийного накала. В фильме органически сочетаются трагическое, эпическое и комедийное начала. Через характерную особенность быта, яркий и сочный язык героев Абуладзе глубоко раскрыл национальный характер своего народа. Действие, ограниченное околицей гурийской деревни и лишь ненадолго перенесенное в Тбилиси, всего несколько героев — бабушка, на чьем попечении находится Зурико, тот самый, который в титрах обозначен местоимением «Я» и от имени которого ведется в фильме рассказ, соседи-старики Илико и Илларион, добровольно взявшие на себя радость и ответственность по воспитанию и формированию Зурикелы, его подружка Мери, односельчане, школьный учитель. Но при этом затронуты глубокие пласты никогда до этого на экране не возникавшей жизни! Жизнь грузинской деревни, война, обрушившаяся внезапно, военное время были увидены по-новому, выросли в поистине философское обобщение. История одной деревушки стала историей целого народа. И это сочеталось с подкупающе точными характерами, с полнокровным и тонким юмором.

Как ведут себя люди в переполненных московских квартирах, превращенных в коммуналки.

Сверток с небольшим ювелирным футляром на имя княгини Веры Нико­ла­евны Шеиной посыльный передал через горничную. Княгиня выго­во­рила ей, но Даша сказала, что посыльный тут же убежал, а она не реша­лась оторвать именин­ницу от гостей. Внутри футляра оказался золотой, невы­сокой пробы дутый браслет, покрытый грана­тами, среди которых распо­ла­гался маленький зеленый камешек. Вложенное в футляр письмо содер­жало поздрав­ление с днем ангела и просьбу принять браслет, принад­ле­жавший еще прабабке. Зеленый камешек — это весьма редкий зеленый гранат, сооб­ща­ющий дар прови­дения и обере­га­ющий мужчин от насиль­ственной смерти. Закан­чи­ва­лось письмо словами: «Ваш до смерти и после смерти покорный слуга Г. С. Ж.». Вера взяла в руки браслет — внутри камней заго­ре­лись тревожные густо-красные живые огни. «Точно кровь!» — поду­мала она и верну­лась в гостиную. Князь Василий Львович демон­стри­ровал в этот момент свой юмори­сти­че­ский домашний альбом, только что открытый на «повести» «Княгиня Вера и влюб­ленный теле­гра­фист». «Лучше не нужно», — попро­сила она. Но муж уже начал полный блестя­щего юмора коммен­тарий к собственным рисункам. Вот девица, по имени Вера, полу­чает письмо с целу­ю­щи­мися голуб­ками, подпи­санное теле­гра­фи­стом П. П. Ж. Вот молодой Вася Шеин возвра­щает Вере обру­чальное кольцо: «Я не смею мешать твоему счастью, и все же мой долг преду­пре­дить тебя: теле­гра­фисты обольсти­тельны, но коварны». А вот Вера выходит замуж за краси­вого Васю Шеина, но теле­гра­фист продол­жает пресле­до­вания. Вот он, пере­одев­шись трубо­чи­стом, прони­кает в будуар княгини Веры. Вот, пере­одев­шись, посту­пает на их кухню судо­мойкой. Вот, наконец, он в сума­сшедшем доме и т. д. «Господа, кто хочет чаю?» — спро­сила Вера. После чая гости стали разъ­ез­жаться. Старый генерал Аносов, кото­рого Вера и ее сестра Анна звали дедушкой, попросил княгиню пояс­нить, что же в рассказе князя правда. Г. С. Ж. (а не П. П. Ж.) начал ее пресле­до­вать пись­мами за два года до заму­же­ства. Очевидно, он посто­янно следил за ней, знал, где она бывала на вечерах, как была одета. Когда Вера, тоже пись­менно, попро­сила не беспо­коить ее своими пресле­до­ва­ниями, он замолчал о любви и огра­ни­чился поздрав­ле­ниями по празд­никам, как и сегодня, в день ее именин. Старик помолчал. «Может быть, это маньяк? А может быть, Верочка, твой жизненный путь пере­секла именно такая любовь, которой грезят женщины и на которую неспо­собны больше мужчины». После отъезда гостей муж Веры и брат ее Николай решили отыс­кать поклон­ника и вернуть браслет. На другой день они уже знали адрес Г. С. Ж. Это оказался человек лет трид­цати — трид­цати пяти. Он не отрицал ничего и признавал непри­лич­ность своего пове­дения. Обна­ружив неко­торое пони­мание и даже сочув­ствие в князе, он объяснил ему, что, увы, любит его жену и ни высылка, ни тюрьма не убьют это чувство. Разве что смерть. Он должен признаться, что растратил казенные деньги и вынужден будет бежать из города, так что они о нем больше не услышат. Назавтра в газете Вера прочи­тала о само­убий­стве чинов­ника контрольной палаты Г. С. Желт­кова, а вечером почта­льон принес его письмо. Желтков писал, что для него вся жизнь заклю­ча­ется только в ней, в Вере Нико­ла­евне. Это любовь, которою Бог за что-то возна­градил его. Уходя, он в восторге повто­ряет: «Да святится имя Твое». Если она вспомнит о нем, то пусть сыграет ре-мажорную часть бетхо­вен­ской «Аппас­си­о­наты», он от глубины души благо­дарит ее за то, что она была един­ственной его радо­стью в жизни. Вера не могла не поехать проститься с этим чело­веком. Муж вполне понял ее порыв. Лицо лежа­щего в гробу было безмя­тежно, будто он узнал глубокую тайну. Вера припод­няла его голову, поло­жила под шею большую красную розу и поце­ло­вала его в лоб. Она пони­мала, что любовь, о которой мечтает каждая женщина, прошла мимо нее. Вернув­шись домой, она застала только свою инсти­тут­скую подругу, знаме­нитую пианистку Женни Рейтер. «Сыграй для меня что-нибудь», — попро­сила она. И Женни (о чудо!) заиг­рала то место «Аппас­си­о­наты», которое указал в письме Желтков. Она слушала, и в уме ее слага­лись слова, как бы куплеты, закан­чи­вав­шиеся молитвой: «Да святится имя Твое». «Что с тобой?» — спро­сила Женни, увидев ее слезы. «… Он простил меня теперь. Все хорошо», — отве­тила Вера.

Самые страшные русские сказки про ведьм.

Содержание:
1. Иван купеческий сын
2. Леший
3. Морока
4. Рассказы о ведьмах
5. Горе
6. Ведьма и солнцева сестра
7. Скрипач в аду

В настоящую аудиокнигу вошли рассказы Хулио Кортасара. Удивительные сюжеты и присутствующее в каждом из них мистическое начало — вот визитная карточка одного из ведущих латиноамериканских писателей 20 века. Содержание01. Другое небо 02. Заколоченная дверь 03. Автобус 04. Южное шоссе 05. Захваченный дом 06. Ночью на спине, лицом кверху 07. Врата неба 08. Преследователь 09. Сеньорита Кора 10. Менады 11. Слюни дьявола 12. Что нами движет Текст читают: 1, 4, 6, 7, 11 — К. Крымов 2, 3, 5, 10, 12 — А. Зарецкий 8 — С. Кирсанов, Н. Грачева, К. Петров, В. Задворных 9 — К. Петров, А. Зарецкий, Н. Грачева, Н. Карпов, Е. Хлыстова

Рубаи Омара Хайяма — это литературная ценность, которая остается популярной тысячилетиями. В этих своеобразных четверостишиях провозглашается свобода личности, независимость ее от Бога и царя, автор осуждает лицемерие и ханжество. Здесь глубочайшая мудрость, искрометное веселье и удивительное жизнелюбие.

Это случилось в давние времена, в далеком, неведомом краю. Над краем царила вечная, черная ночь. Гнилые туманы поднимались над болотистою землею и стлались в воздухе. Люди рождались, росли, любили и умирали в сыром мраке….

Жил-был в одном русском селении старик Ермолай. В народе шептались, будто он колдун. И был у него приёмный сын Артём. Всем хорош — румян, да красив. Только ума Бог не дал. Как-то приключилась у селян беда. Волк повадился ходить, да овец воровать. Людей не боится, собаки сами от него бегут. Вот решили селяне проведать — настоящий ли то зверь скотину губит или старый колдун в образе зверином честному люду козни строит…